От насмешек к шедевру: триумф любви и самопознания художницы с СДВГ

Все мои детские годы, ещё задолго до того, как мне диагностировали СДВГ, мне твердили, что из меня ничего не выйдет, что я глупая, неспособная учиться, безнадёжный случай. Иногда эти слова звучали вслух, но чаще я читала их на людях: презрительные гримасы были так явны на их самодовольных лицах, их чувство превосходства внушало мне, что я — ничто. Глупый ребёнок, недостойный знаний и неспособный их воспринимать, — так меня выставляли перед одноклассниками учителя, которые никогда не пытались понять мою инаковость.

Такой образ они нарисовали у себя в головах; учителя так и не увидели моего потенциала — да им и не хотелось. В те годы именно любовь к искусству вела меня вперёд: это был мой двигатель в те тёмные дни, когда я не видела ни малейшего огонька в конце тоннеля. Всё было чёрным, и немало дней я ощущала полную безысходность.

Даже мать бросила меня, когда суд лишил её права видеться со мной за неисполнение родительских обязанностей. После этого я перестала для неё существовать. Она была свободна и больше не должна была заботиться обо мне — меня оставили на попечение отца и мачехи.

Отец, каким бы хорошим папой он ни был, не смог защитить меня так, как мне было нужно. Оставшись под «заботой» леди Тремейн (имя мачехи из «Золушки»), я оказалась в ещё худшей ситуации. Каждый день она и мой сводный брат стыдили меня за полноту и издевались надо мной. Моя жизнь превращалась в кошмар наяву стремительно, без всякой возможности подготовиться. Всё, что мы с отцом раньше делали вместе, изменилось — и только к худшему. Она выкачивала жизнь из нас обоих, и некогда любящий дом превратился в место, где царили враждебность и агрессия.

Только когда я встретила своего будущего супруга, в моей жизни забрезжил свет. Каждый день, проведённый с ним, был благословением. Он наполнил мою жизнь смыслом, и впервые за долгое время я почувствовала себя в безопасности. Когда все видели во мне лишь тихую девочку, которой легко манипулировать, он увидел что-то иное. Даже сейчас я не могу объяснить, что именно он во мне разглядел.

Сейчас я всё ещё пытаюсь выбраться из скорлупы, которую мой разум создал, чтобы защититься от мира, но дела определённо идут на лад. Мой удивительный муж поднимает мне настроение и окружает меня любовью так, как никто другой не мог. Я больше не позволяю людям из прошлого, сомневавшимся в моём уме, диктовать, на что я способна. Само-сомнения больше не разъедают те участки моего мозга, которые говорят мне, что я могу писать и создавать великолепное искусство.

Держась за руку мужа, я вышла из тёмного тоннеля на свет, где могу увидеть себя ясно. Здесь я свободна читать о психологии, философии, духовности и обо всех формах знания, которые откликаются во мне и делают мой мир лучше.

Я написала множество статей для нейроатипичных людей, разговаривала со многими активистами, училась у них и делилась своими взглядами — всё ради великого дела. Создание эскизов татуировок стало для меня источником радости и способом превращать сильные эмоции в творчество. Сейчас я пишу несколько художественных книг (точнее две, и обе входят в дилогию).

Я считаю себя живым доказательством того, что даже когда кажется, будто всё потеряно и ты ничто, ты способен подняться из пепла и сотворить неминуемое! Ты никогда не ничто, и я надеюсь, что моя история принесёт утешение тем, кто ищет тот же свет в конце тоннеля.